О событиях тысяча двести шестнадцатого года по хиджре

/ Понедельник, 22 июня 2020 11:09
О событиях тысяча двести шестнадцатого года по хиджре

Коротко об арабском шейхе Абдульазизе

 

Абдульазиз был шейхом одного невежественного племени из арабских племен. Его краткая история такова, что он был руководителем племени, а один из старейшин этого племени Абдульваххаб учился уму-разуму у происходившего из Басры некоего Мухаммеда, бывшего под стать Абу Джахлю . Впоследствии он отправился в Исфахан и посвятил свою жизнь изучению мусульманского законодательства, основ ислама и грамматики в тамошних медресе, в результате чего пришел к выводу, что постиг тонкости идеологии всех народов. Однако в результате происков Сатаны он сбился с пути. Его религиозная доктрина основывалась на том, что Всевышний Аллах един и направил пророков и Книгу, в которой нет места сомнениям. После смерти последнего Пророка достаточно книги Аллаха и на каждом этапе  из людей выходит один муджтехид для решения проблем. На одном этапе Абу Бакр, затем Омар, затем Осман, затем Повелитель правоверных Гейдар , затем Шафеи, затем Абу Ханифа,  затем имам Джафар (да будет мир с ним). Если один муджтехид скончается, то другой придет на его место и станет давать пояснения к Корану, чтобы люди их исполняли. Возводить высокие купола над местами захоронения, приносить туда дары и пожертвования, украшать гробницы золотом и серебром, посещать их, целовать места паломничества этих представителей высокопочитаемой когорты, изготовлять из этой земли камень для намаза и использовать его во время совершения намаза – все это ересь и многобожие. Люди, совершающие такие поступки, являются еретиками, они из тех, кого Всевышний Аллах назвал в Коране многобожниками – те, кто изготовляют своими руками идолов, а потом считают их посредниками между собой и Аллахом; исполняют вокруг них таваф (обход); прислуживают им; совершают перед ними коленопреклонение и поклоняются им; их, а не непосредственно Аллаха считают исцелителями и посредниками.

Он проявил много такого рода бессмысленной активности на предмет фурууддин – второстепенных основ ислама и, приехав из Исфахана в свое племя, обратился к своему шейху с подобными речами. У Абдульазиза имелись претензии на власть. Известно, что человек, мечтающий в душе о господстве над другими, охотно использует новую веру в своих целях. Он принял эти слова, отошел от своих верований и обычаев, призвал арабов встать на новый путь и для распространения этой идеологии ввязался в войну с арабами-бедуинами. Временами терпел поражения, временами одерживал победы и в конце концов ему удалось набрать сил и могущества. Основав в Дирия  прочную как железная кольчуга крепость, путем грабежей изо дня в день преумножал свое богатство и в результате подчинил себе большинство кочевых арабских племен. К тому времени, когда он постарел, подросли его сыновья. Старшего из этих презренных звали Саудом. Он сумел за счет отваги и мужества продвинуться вперед и, будучи предусмотрительным и дальновидным, силой копья и меча подчинил своей власти большую часть арабов-бедуинов. Вслед за этим он стал строить планы разграбления и уничтожения мест захоронения и гробниц имамов (да будет мир с ними), которые считал проявлением ереси, а также убийства паломников и людей, проживавших по соседству с этими святыми местами, которых считал идолопоклонниками и язычниками. Он несколько раз покусился на Священный Наджаф, надеясь добраться до источника божественного света, однако, благодаря могуществу Всевышнего, бдительности хузаа  и других арабов-шиитов и прочности стен Наджафа, его коса нашла на камень.

Со времен власти Надир шаха Афшара до периода правления сего счастливого шахиншаха , когда, слава Аллаху, иранский народ проживает в условиях мира и спокойствия, а покинувшие Родину возвратились в родные пенаты, на протяжении около шестидесяти лет богатые люди со всех концов Ирана и Индии, спасаясь от охвативших их страны смут и интриг, бросали Родину и искали убежища в священных местах захоронения святых имамов, рассчитывая на то, что, благодаря такому соседству, их души и нажитые праведным и неправедным путем состояния будут защищены от посягательств жестоких тиранов.

В таких священных местах захоронения святых, как Наджаф, Кербела и Казимейн, от большого количества переселенцев стало не хватать места для местных жителей. На этих землях, где абсолютно недопустимы греховные действия, занятие развратом и попустительство плотским интересам, где от людей требуются отрешение от мирских забот, богослужение и обращение взоров своих к потустороннему миру, эти люди  на протяжении долгого времени совершили столько гнусных дел и пакостных поступков, что, если бы в другой мусульманской стране имел место хотя бы один из них, они давно превратились бы в объект упреков, порицания и мести. Постепенно это безразличие и бесстыдство достигли такой степени, что определяемое по шариату харамом стали считать халалом, а с греховных дел, совершавшихся прежде тайно, вообще была снята завеса. Что за средоточие больших провинностей и грехов! Погнавшись за накоплением богатств, они даже раз в год не утруждали себя посещением святых мест, чтобы отказом от совершения запрещенного, богослужением и добрыми делами очистить свои души. Требовались приближенные к Аллаху люди, которые смогли бы на этой незапятнянной никакими злодеяниями священной земле недрогнувшей рукой очистить души от грязи и болезни накопительства и открыть народу глаза на острый меч невежественного Сауда.  В наказание за такие неблаговидные действия счастье отвернулось от них и, подобно тому, как Навуходоносор овладел племенем Бани-Исраиль, Сауд по указке Абдульазиза захватил их. Это произошло следующим образом. После того, как стены Священного Наджафа оказались Абдульазизу не по зубам, он предпринял попытку разгромить не имевший мощной защиты город Кербелу и уничтожить его жителей. По его указанию в месяц зильхиддже этого года  Сауд собрал из разных отщепенцев двенадцатитысячную армию, ранним утром без предупреждения вышел с ними из пустыни и совершил набег на Кербелу. Всех, кто попался им на глаза, и стар, и млад, изрубили на куски, женщин, позабыв о чести и совести, раздели и оставили в чем мать родила, а светлейшую гробницу Сейидушшухеда  (да будет мир с ним), забросав камнями, по-хамски разрушили своими погаными руками. В один миг ограбили сокровищницу усыпальницы и унесли с собой золото, драгоценности, ковры, золотые и серебряные подсвечники, различные ценные подношения, привезенные паломниками из разных концов света, перебили золоченые кирпичи и балконные окна, снесли стены и двери. Кровь рекой текла по улицам и эта чистая земля вновь стала свидетелем дня ашура и событий Кербелы. Надежные источники сообщали об около пяти тысячах убитых, что же касается материальных потерь, то счет им известен лишь одному Аллаху … 

После этих трагических событий правитель, мстящий подобно Бахраму , направил своего слугу Исмаил бека Баята с письмом в Багдад к Сулейман паше. В письме они писали, что, если вторжение иранской армии в пределы Османского государства не вызовет недовольство у руководства сего высочайшего государства, для чего, впрочем, нет никаких оснований, то доводится до сведения, что с помощью Всепрощающего Господа, пока деятельность ваххабитского племени не пустила корни и решение этого вопроса не превратилось в большую проблему, необходимо положить конец этой смуте. В ответе Сулейман паша сообщал, что причины бунтовской сути деятельности этого зловредного племени были всесторонне изучены в Османском государстве. В ближайшее время в этих краях от них и следа не останется и посему отпадет необходимость иранской армии тратить свои силы для решения сей проблемы. Эта сторона берет на себя также восстановление святейшей гробницы и компенсацию за погибших. Даст Бог, вскоре начнется эта операция. 

К сожалению, в те дни Сулейман паша покинул бренный мир. Дела, связанные с Багдадом и Басрой, застопорились. У руководства Османского государства не нашлось удобного случая для решения проблемы того племени и их грязные дела изо дня в день разрослись.

Хранилище Института Рукописей имени Мухаммеда Физули НАНА. Шифр: I-41

Абдурраззаг бек Мафтун Думбули

Маасири-султания. 1241-ый год 

Перевод: Хаджи Рауф Шейхзаманлы

сотрудник Института Рукописей

 

Комментарии (0)

Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

  1. Опубликовать комментарий как Гость.
0 Значки
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением
  • Новости

Please publish modules in offcanvas position.